Прокурор запросил 6 лет колонии для пилота сгоревшего в Шереметьево Superjet 100
Обвинение запросило шесть лет колонии-поселения для пилота Sukhoi Superjet 100, загоревшегося при посадке в аэропорту Шереметьево в 2019 году. Дениса Евдокимова обвиняют в нарушении правил безопасности движения, самолет садился с «запредельной перегрузкой». Адвокаты летчика настаивали на необходимости проведения еще нескольких экспертиз, однако их ходатайства были отклонены. В результате катастрофы погиб 41 человек. Подробнее — в материале «Газеты.Ru».
Прокурор попросил приговорить командира сгоревшего четыре года назад в Шереметьево самолета Superjet 100 Дениса Евдокимова к шести годам лишения свободы в колонии-поселении. Дело рассматривается в Химкинском городском суде Московской области.
«Прошу суд признать Евдокимова виновным по ч. 3 ст. 263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения) и назначить ему наказание в виде шести лет с отбыванием в колонии-поселении», — цитирует ТАСС гособвинителя.
Евдокимову также могут запретить управлять транспортом в течение трех лет.
Прокуратура заявила, что причиной катастрофы стало несоблюдение правил эксплуатации судна. Самолет не был достаточно сбалансирован для посадки, при этом пилот «не ощущал аварийной ситуации» и не установил код аварийности. Superjet 100 садился с «запредельной перегрузкой».
«В момент третьего касания стойки были уже частично разрушены. Первый удар стойки выдержали, второй удар же о полосу был очень сильным, после чего стойки были надломаны», — отметила представитель гособвинения.
5 мая 2019 года самолет, выполнявший рейс из Москвы в Мурманск, был вынужден совершить аварийную посадку в аэропорту Шереметьево. SSJ-100 трижды ударился о взлетно-посадочную полосу, после чего загорелся. Погибли 40 пассажиров и один бортпроводник. Двое пилотов, две стюардессы и 33 пассажира сумели спастись.
Версия защиты
Адвокаты Евдокимова настаивают на его невиновности, указывая на недобросовестность следствия, отклонившего ходатайства о нескольких десятках экспертиз. По версии защиты, на высоте примерно 2 700 м в самолет попала молния. После удара Superjet 100 перешел в режим прямого ручного управления, но из-за перезапуска часть систем самолета так и не восстановилась. Пилоты решили вернуться в «Шереметьево», причем садились в срочном порядке — без выработки топлива в воздухе и с превышением посадочной массы. SSJ дважды касался взлетно-посадочной полосы и снова поднимался в воздух. На третий раз стойки шасси вырвали через лонжерон стенку топливного бака, топливо утекло, что привело к возгоранию судна.
Адвокаты уверены, что все пассажиры могли бы успеть эвакуироваться, если бы приток воздуха из открытой двери не ускорил распространение огня. Сторона защиты также просила возбудить дело в отношении спасателей, которые появились на месте ЧП с опозданием. Ходатайство было отклонено.
Как считает пилот судна, конструкция шасси не соответствовала «нормам летной годности». В интервью изданию «Лента.ру» в 2020 году Евдокимов заявил, что делал все возможное, чтобы избежать трагедии.
«Я искренне сожалею и прошу прощения, что стал участником этих событий. Точнее, я понимал, что жизнь пассажиров и членов экипажа зависит от правильности моих действий, и предпринял все возможное», — сказал он.
По словам Евдокимова, испытательных полетов с посадкой при массе, превышающей максимальную посадочную, не проводилось. Тем не менее в документах производителя была пометка о возможности посадки с массой вплоть до максимальной взлетной.
«Я не отступлюсь, и чего бы мне это ни стоило, продолжу добиваться установления истинных и достоверных причин, способствовавших наступлению трагических последствий, ведь от этого зависят жизнь и здоровье людей, продолжающих летать на Superjet», — сказал пилот.
В отчете Международного авиационного комитета указано, что действия пилотов после второго приземления можно интерпретировать как провалившуюся «попытку выполнить уход на второй круг».
Материалы дела насчитывают два десятка томов, проведено более ста экспертиз, в том числе медицинские, генетические, летные, психолого-лингвистические и другие. По данным МАК, до трагедии молнии попадали в SSJ 16 раз, но это не приводило к каким-либо серьезным последствиям.