Содержание:
EN
Список фильмов, которые рекомендованы для изучения в школе, «Мосфильм» уже направил в Министерство образования. В нем есть фильмы Тарковского, Эйзенштейна, Чухрая, Козинцева и других классиков советского кино. Карен Шахназаров по-прежнему против замедления YouTube, и в качестве аргументов он приводит онлайн-кинотеатр «Мосфильма» на этой платформе. Миллионы просмотров советского кино Карен Георгиевич называет лучшим примером «мягкой силы». О своих новых проектах, работе по подготовке новых специалистов и важности общения с аудиторией Шахназаров рассказал «Известиям» на 33-м Фестивале российского кино «Окно в Европу» в Выборге.
«Мы предложили кино, снятое до 1991 года»
— У вас на фестивале «Окно в Европу» творческая встреча со зрителями. Вы вообще всегда очень серьезно, ответственно относитесь к таким мероприятиям. Однажды я приглашал вас в МГУ, и помню, как вы пять часов общались со студентами. Что вам дают эти встречи, почему вам интересно?
— Специально я точно не готовлюсь: у меня никогда не бывает лекций. Я провожу встречи в форме вопросов-ответов. Если становится интересно, я могу, действительно, долго общаться. Это очень много дает. Прямой контакт с людьми, ты много узнаешь от них. Я всегда с удовольствием провожу встречи, если меня приглашают. Вот недавно в школе был, со школьниками интересно: начинаешь чувствовать, какой у молодежи настрой. Вообще я бы сказал, что это не они приходят на встречу со мной, а я — на встречу с людьми. Я там много для себя узнаю такого, что для меня очень важно как для режиссера и даже как для директора «Мосфильма».
Генеральный директор киноконцерна «Мосфильм», режиссер Карен Шахназаров на 33-м фестивале российского кино «Окно в Европу» в Выборге
— Кстати, о школьниках. Вы с ними обсуждали список из 100 лучших советских и российских художественных фильмов для показа в школах страны, которые вы по поручению президента готовите с министром просвещения Сергеем Кравцовым к концу августа?
— Этот список готов. Мы его уже собрали и отправили в Минпросвещения примерно три недели назад. Они его изучат и дальше будут с ним работать. Когда мы составляли его, мы изучили другие варианты существующих списков и пришли к выводу, что кино все-таки надо преподавать так же, как литературу: по крупным мастерам.
Мы предложили кино, снятое до 1991-го года. Почему? Потому что должно пройти время. С 91-го года есть, безусловно, достойные картины, но всё-таки, на наш взгляд, рано их включать в школьный список. Тем более что по-настоящему российское кино началось, фактически, после нулевых.
Еще одна причина — авторские права, после 1991 года с ними часто путаница, а права на советские картины — это чаще всего проще. Поэтому мы взяли 50 крупных режиссеров, не вызывающих никакого сомнения. И взяли почти у каждого по две картины. Получилось чуть больше 100 фильмов.
Мы, конечно, понимали, что не всё туда можно включить. Александр Довженко — большой мастер, но и «Землю», и «Арсенал» школьник вряд ли осилит. А вот фильмы Сергея Эйзенштейна «Александр Невский» и «Иван Грозный» вполне будут смотреть. У нас получилась, на мой взгляд, очень разнообразная программа. «Проверка на дорогах» и «Двадцать дней без войны» Алексея Германа, «Москва слезам не верит» Володи Меньшова. «Обыкновенный фашизм» Михаила Ромма. «Иваново детство» и «Солярис» Андрея Тарковского. Два моих фильма — «Мы из джаза» и «Курьер».
Моя позиция была и остается, и президент поддержал ее неоднократно, что кино надо вводить именно в курс обучения. Это не развлечение. Так же как изучают Гоголя и Достоевского, нужно изучать кино, это должен быть школьный предмет. Он не займет много времени. Изучить после 4-го класса 100 картин — это от силы два часа в месяц, может, чуть больше. Это очень важно, потому что кино будет воспитывать и художественный вкус, и, кстати, патриотизм.
Главное — чтобы это не вылилось в задания посмотреть фильм дома, в интернете. В школах сейчас есть хорошая аппаратура, экраны. Нужно, чтобы ребята смотрели кино рядом друг с другом, всем классом и могли потом обсудить, высказаться. Понятно, еще педагогов надо подготовить, но вот в школах, куда меня часто приглашают, всегда есть энтузиасты. Это может быть учитель литературы, а может быть, математик. Если им доплачивать, они будут с удовольствием вести этот предмет. Нужны методические пособия и учебники.
Но уже сейчас надо начать показывать фильмы. Я лично многие фильмы из списка смотрел в детстве. «Балладу о солдате» в 8 лет, «Гамлета» — лет 10 мне было. Великая картина Григория Козинцева! Мне никто ничего не объяснял, но я всё понимал. Не следует думать, что сегодняшние дети глупее нас.
«Недавно из Америки обратились насчет «Вия»
— Вы на «Мосфильме» не так давно открыли кинотеатр, там каждый день показывают советскую классику. Как проходит эта работа? Ходят ли люди? Каковы ваши впечатления?
— Да, у нас есть такая программа, мы сознательно ее создавали. В одном из залов постоянно идут наши фильмы, стараемся показывать отреставрированные картины. Мы же, в общем, всё время ведем работу по реставрации. И на этих показах зрителей больше, чем в репертуарном зале, где идут новые картины. На классику ходят лучше. Там, правда, и билеты подешевле, мы специально так сделали.
Кинотеатр «Центр кино» («Синема Парк Мосфильм»)
— Около 200 рублей, по-моему, да?
— Примерно так. Ну, во всяком случае, не 650. И большой интерес публики мы там наблюдаем.
— Что сейчас реставрируют на «Мосфильме» из классики? Что в ближайшее время появится на экранах?
— Мы недавно выпустили «Рабу любви», уже даже выложили на наш YouTube-канал. Две недели назад закончили «Белорусский вокзал». Сейчас в работе «Гусарская баллада». Специалисты наши постоянно реставрируют несколько картин параллельно.
Кадр из фильма «Белорусский вокзал»
— Как обстоят дела с «гастролями» нашей отреставрированной классики по другим странам? Куда возите?
— У нас, несмотря на все нынешние ситуации, довольно много показов. Особенно, кстати, в «недружественных» странах. Оттуда что-то все время запрашивают. Недавно вот из Америки обратились насчет «Вия».
— Вы даете?
— Мы даем. Более того, уже после 2022 года американцы купили три мои картины: «Город Зеро», «Цареубийцу» и «Хитровку».
Кадр из фильма «Хитровка. Знак четырех»
— В санкции вносят, а фильмы покупают?
— Да, фильмы покупают. Ну и меня американцы в санкции не вносили, надо сказать, Европа внесла. Всё равно наш YouTube-кинотеатр существует, у него огромная аудитория, миллионы просмотров. Даже два кинотеатра — один на дальнее зарубежье, один на пространство бывшего СССР. И огромное количество просмотров. Я думаю, что это гораздо более действенно, чем просто какая-то неделя кинопоказов фильма. Там 100 человек в зале, а тут миллионы просмотров.
Смотрят те же Соединенные Штаты, Европа, Латинская Америка, Африка, арабский мир. Азия, кроме Китая, потому что там не так просто зайти на YouTube. Филиппины, Индонезия, Индия, Вьетнам. И, конечно, наш зритель, несмотря на то что YouTube замедляется, тоже смотрит, хотя его стало меньше. Зато резко прибавился украинский, просмотры с Украины сейчас на первом месте.
«С Украины очень интересные бывают комментарии»
— Вы не пробовали снова поднять наверху вопрос о том, чтобы перестать замедлять YouTube? Уже после того разговора с президентом, о котором вы рассказывали «Известиям»?
— Да, я уже не раз ставил этот вопрос, но, видимо, это не нашло поддержки. Но я как считал это замедление не очень целесообразным, так и сейчас считаю. У нас, к сожалению, адекватной замены YouTube нет. И еще я считаю, что онлайн-кинотеатры — это вообще главная мягкая сила. Главная, я могу вам с цифрами показать. Это действительно миллионы просмотров во всем мире. Кстати, самые просматриваемые фильмы — военные, между прочим. Люди не только смотрят, но и комментарии читают на разных языках и сами пишут. Чаще всего — со словами поддержки. С Украины очень интересные бывают комментарии.
— А что пишут с Украины?
— Пишут хорошие вещи чаще всего. Кто-то пишет и плохое, бывает, но чаще всего добрые слова.
— Несколько дней назад Фонд кино опубликовал список фильмов, которые он поддержит. Там нет ни одного фильма про современную Россию. Это либо сказки, либо ретро. Причем и заявок актуальных нет, насколько мне известно. С чем вы это связываете?
— Да, я с вами согласен. Это действительно в основном сказки, фэнтези, историческое кино. Вообще очень мало кино, которое говорит о современной жизни. Кстати, и об СВО. Даже не в том дело, что про СВО надо обязательно войну снимать. Я недавно смотрел репортаж из Горловки. Там мусорщики, мужики, которые возят мусор. Их бомбят время от времени. А они продолжают его возить. Понимаете, можно найти темы, но часть нашей культурной элиты очень боится, что их в санкции занесут.
Ясно же, что это не может не волновать людей. Почему не делается кино об этом, я, честно говоря, не знаю. Но это должна молодежь снимать, а не мы, не наше поколение. Так что вопрос к ним.
Кадр из фильма «Дорога на Берлин»
— Вы последние несколько лет практически не продюсируете фильмы. А я помню, у вас был замечательный продюсерский проект «Дорога на Берлин», там блестящая роль Юры Борисова, которого тогда еще никто не знал.
— Кстати, этот фильм — один из самых популярных на нашем канале, который работает дальнее зарубежье. Десятки миллионов просмотров. Хорошее кино. А так — почему, я продюсирую. Но каждый раз выбираю точечно, потому что деньги на это мы не берем у государства. «Мосфильм» полностью на самоокупаемости. Прибыль после вычета всех налогов мы тратим в том числе на производство. Поэтому у нас отношение к проектам, скажем так, тщательное, поскольку эти деньги мы сами заработали.
Сейчас будем делать антарктическую картину «Выжить во льдах», режиссер Александр Зачиняев. Это драма-триллер с хорошей психологической историей. Действие происходит в Антарктике. Будем продюсировать. Только что закончили совместный с кубинцами проект «Теофило» о Теофило Стивенсоне. Знаменитый боксер, трехкратный олимпийский чемпион, кубинская звезда. Часть фильма снималась в России, мы помогали. Сейчас проект в монтажно-тонировочном периоде.
Есть одна семейная комедия. И еще есть один сценарий про СВО, но он не очень получается пока. А мы стараемся все-таки, чтобы было высокое качество. Но работает очень толковый сценарист, если, дай бог, получится, то будем продюсировать.
«Несмотря на свой внутренний советский стержень, я, вообще-то, рыночник»
— Итоги полугодия показывают, что темпы кинопроизводства в России упали, многие проекты заморожены, особенно сериальные. Насколько «Мосфильм» почувствовал это на себе?
— Пока нет, наоборот. Надо сказать, даже не помню, чтобы у нас была такая загрузка. Может, благодаря тому, что у части конкурентов большие проблемы. Все павильоны загружены, все ресурсы для постпродакшена. Даже натурная площадка работает, хотя вроде построили «Москино», там тоже хорошая площадка.
— Тогда еще смежный вопрос. Когда стало известно про падение производства, многие крупные кинематографисты заговорили о том, что всё это время зарплаты в российском кино были сильно завышены и что сейчас их нужно приземлить. Значит ли это, что у кинематографистов начнут сейчас понижаться зарплаты?
— Несмотря на свой внутренний советский стержень, я, вообще-то, рыночник. Я 25 лет руковожу предприятием, которое работает как абсолютно рыночное. Крыши, технологии, зарплаты — всё только за счет того, что мы сами зарабатываем, всю модернизацию мы провели на свои средства. Поэтому я думаю, что, если мы хотим, чтобы эти зарплаты были, скажем так, более разумными, надо действовать рыночным механизмом.
Мы тратим на это деньги и готовим на курсах новых специалистов. Сейчас выпустились художники, ассистенты звукорежиссера, ассистенты по костюмам. Надо насытить рынок. У нас не хватает квалифицированных кадров. Их надо готовить, а не брать с улицы. Мы даем им образование, вплоть до того, что ассистентам звукорежиссера русскую литературу читаем, историю российского и зарубежного кино. Стараемся дать базовое приличное образование.
Я много раз предлагал коллегам: давайте, мы готовы расширить это, мы готовы делать еще курсы! На «Мосфильме» мы каждый раз готовим по пять-семь человек, это наш принцип, потому что чем меньше людей, тем лучше качество. Готовим людей бесплатно, за свой счет. И я говорю: подключайтесь, давайте наймем больше педагогов, сделаем курс человек 30, тогда на рынке будет конкуренция. Если у тебя не хватает специалистов, всё равно они будут стоить очень дорого. Значит, создай условия, при которых будет конкуренция среди профессий. Но я, честно говоря, не знаю, кто еще готовит таких специалистов, кроме «Мосфильма».
Мы 20 лет уже этим занимаемся. Когда я сам снимаю, я вижу, что чуть ли не 70% съемочной группы — выпускники наших курсов. Всё среднее звено.
— Я читал о вашем заявлении, что нужно ввести стопроцентную пошлину на зарубежные фильмы в российском прокате…
— Я такого не говорил. Это не мое заявление. Про меня много чего пишут. Включаешь интернет, и там много всего от моего имени. Нет, если такая идея есть, я ее логику понимаю. Лично я считаю, что должны быть определенные правила ввоза картин. Любой ввозимый в страну предмет облагается пошлинами. Посмотрите, что Трамп делает. Он защищает своего производителя.
— Но у нас и так кинотеатры стоят пустые. Меньше 10 человек на сеансе в среднем.
— Меньше 10 человек и на американских фильмах, а они как шли, так и идут. Не сильно больше на них ходят. Надо, прежде всего, свое кино поднимать для того, чтобы наполнять кинотеатр. Нужно кино делать такое, чтобы люди шли на него. Вот и всё. Трамп для чего пошлины вводит? Потому что американская промышленность неконкурентоспособна. Она не может конкурировать с иностранными, прежде всего с китайцами, на уровне цен. Чтобы она стала конкурентоспособной, он вводит пошлину на те страны, которые лучше, строго говоря, работают.
Посмотрите, если взять кино: на китайский и на индийский рынок просто так не войдешь. Я туда продавал картины. В Китае каждая из них должна пройти цензуру, ее проверяют на соответствие законам, чтобы прокатчик мог с ней работать. В Индии ты еще должен дублировать картину за свои деньги на три языка. На английский, хинди и тамильский. Это и есть скрытая пошлина. Дублировать ты можешь только в Индии, в индийской кинокомпании, в Москве ты такую не найдешь. На таких условиях я продавал туда «Анну Каренину», и мы тратили деньги, делали этот дубляж.
— К вам недавно приезжала делегация из Китая на «Мосфильм». Был разговор о том, что будет какое-то взаимодействие, сотрудничество. О чем-нибудь договорились, что-нибудь происходит?
— Договорились, но сказать, что что-то происходит, я пока не могу. Пока никакого результата нет.
— Вы в Выборге на несколько дней, а в программе у вас только встреча со зрителями. Какие планы? Куда пойдете, что будете смотреть, чем заниматься?
— Я не знаю. Погуляю, в ресторан схожу. Что на фестивалях делают?
Делегация кинематографистов из Китая во время посещения киноконцерна «Мосфильм»
— Кино смотрят?
— Может, что-то посмотрю, но то, что мне интересно, я посмотрю и в Москве. Мне присылают очень много картин, и я очень много их смотрю.
— Что-то сильно понравилось из того, что вы посмотрели за последнее время?
— Я бы обошел этот вопрос стороной.