EN
В Театре имени Моссовета — большая премьера. Громкий, страстный музыкальный спектакль известного режиссера и хореографа Аллы Сигаловой «Щастье!». Накал эмоций со сцены идет такой, что зрители затихают, как во время урагана. Первое впечатление — оглушительное, в прямом смысле слова. Осмысление наступает потом и не отпускает долго. «Известия» побывали на предпремьерном показе и убедились, что произведения Маяковского, написанные в 20-х годах прошлого века и легшие в основу пьесы Юлия Кима, по которой поставлен спектакль, абсолютно актуальны и вчера, и сегодня, и завтра.
Абсолютный эксклюзив
В основе постановки «Щастье!» по пьесе поэта Юлия Кима и композитора Владимира Дашкевича — стихи и проза Владимира Маяковского, и в большей степени «Клоп», написанный осенью 1928 года.
— Это произведение вообще нигде не идет, это премьера абсолютного эксклюзива, — отметила режиссер Алла Сигалова. — А Маяковский — важнейшая фигура на территории поэзии и драматургии нашей страны. И вообще колоссальная личность, с которой связано такое количество исторических событий. Я бесконечно открываю этого автора для себя. И каждый раз, когда читаю эти тексты, они настолько больно откликаются во мне, настолько они эмоционально во мне находят отражение — чувственное, страстное.
Главная сюжетная линия — любовь пролетариев Ивана Присыпкина и Зои Березкиной на фоне тектонических исторических переломов эпохи НЭПа. Для него «щастье» — ордер на отдельное жилье для молодой семьи, материальные блага, на которые он, по его понятиям, как постреволюционный «гегемон» имеет все права. Она мечтает просто быть рядом с любимым.
— Мне кажется, главное в героини Зои Березкиной — это огромное чувство любви. Вот это приходилось в себе поднимать, задевать, — признается Дарья Балабанова, сыгравшая эту роль. — Счастье для нее — это спокойствие и любимый человек рядом.
Товарищи высокопоставленные партийцы рушат мечту Присыпкина об отдельной квартире. А он, в погоне за достатком, бросает возлюбленную и, переименовавшись в Пьера Скрипкина, собирается жениться на парикмахерской дочке, кассирше и маникюрше. Для будущей тещи из буржуазии важно для выживания бизнеса, чтобы в доме оказался кто-то с профсоюзным билетом. Всю эту брачную аферу устраивает некий пройдоха Олег Баян, некогда сменивший неблагозвучную фамилию Бочкин. Его играет артист Театра имени Моссовета Антон Аносов. Потрясающий актер, его движения напоминают бесподобную легкую пластику Андрея Миронова, который, кстати, тоже играл в «Клопе» в Театре сатиры, но в роли Присыпкина. История заканчивается трагедией, в которой погибает и невинная девушка, и возмущенный несправедливостью Пьер Скрипкин.
— Каждый персонаж формулирует понятие «щастья» по-своему и выстраивает свой путь к цели, которую он считает счастьем. У всех оно разное. Но мы здесь не увидим это состояние, а увидим лишь путь к нему, — говорит Алла Сигалова.
Адский красный и немного белого
Как тут не вспомнить фразу булгаковского Воланда: «Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было». И в этом спектакле ужасают не поступки героев, а узнаваемость себя в их помыслах, деяниях, мечтах.
На сцене очень много красного света — адского, сатанинского, кровавого. Кровь пьют клопы, которых в те годы было просто нашествие. И движения героев постановки Аллы Сигаловой — частных торговцев, пролетариев, деклассированных элементов — напоминают этих паразитов. Их руки и ноги расставлены, скрючены словно лапки кровососов, они двигаются, как эти насекомые. Не в красном свете только влюбленная Зоя Березкина. Она — символ чистоты, прямая, как божья свечка, в своих белых и простых платьице и косынке.
Перефразируя Достоевского, любовь спасет мир, милосердная и всеобъемлющая. Об этом постановка. Но людям это чувство дается сложно, и далеко не всем.
Актуальные 20-е прошлого века
Михаил Тройник, блестяще исполняющий роль Ивана Присыпкина, благородно защищает своего персонажа.
— Мой герой очень хрупкий. Он говорит со своей возлюбленной на масштабные темы: вот сейчас заживем, сейчас начнется новая жизнь, но его ломают какие-то мелочи, соблазны городские, — поясняет он. — И я перенес на сцену вот эту разницу между мечтой и реальной жизнью, вот в этом и есть слом моего персонажа.
Иван Присыпкин — безалаберный, жесткий, но очень искренний и открытый — напоминает героя шукшинской «Калины красной», ему невозможно не посочувствовать. Он просто человек, подвластный страстям и слабостям, не злодей и не герой. Но именно такого персонажа — не супермена и не дьявола во плоти — играть сложнее всего.
— Не так просто показать постоянную перемену персонажа, какие-то открытия его. Ты меняешь ритм внутри быстрее, чем мы все это делаем в жизни, — признается Михаил Тройник.
По его словам, он даже заболел перед премьерой — настолько сильной оказалась эмоциональная нагрузка. На сцене ему нужно и много двигаться, и петь.
— Роль Присыпкина в версии Кима и Дашкевича — настолько мощный материал, что я понимала: меня должен услышать человек, обладающий безумным темпераментом, сумасшедшим напором, и он должен в этом мне соответствовать, — призналась Алла Сигалова. — Когда я прикидывала бесконечное количество великолепных артистов, Миша сразу был в моей голове. И я позвонила ему, пригласила, и на первой репетиции стало понятно, что это он.
Стоит отметить замечательные костюмы, созданные для этой постановки художником Тамарой Эшба. Особенно впечатляет момент, когда частные торговцы распахивают в танце свои серые, убогие пальто, и зрителей ослепляет сияние золота на их подкладках. А также — минималистичные, функциональные декорации, которые легко превращаются то в трибуну, то в комнату рабочего общежития, то в буржуазный салон-парикмахерскую.
— Мне кажется 20-е годы прошлого века становятся актуальными. Ощущение перемен, вопросы — что будет дальше. Мне кажется, в воздухе висит эта эмоция, — говорит Михаил Тройник.
Действительно, в этом спектакле и сатира на порой далекую от народа власть, и на запуганных людей из прошлого миропорядка, не приемлющих очевидных перемен и прячущихся по щелям.
Постановка «Щастье!» с 25 января идет на главной сцене Театра имени Моссовета.