Новый роман Натальи Соловьевой расположился на границе женской и исторической прозы. Два востребованных жанра, смешиваясь, создают собственную новую аудиторию и новые смысловые пласты, позволяя ставить диагнозы семейным недугам и выписывать рецепты их излечения, разглядывая болезнь сквозь призму семейной истории и раскрывая историю страны через излом и трагизм женских судеб. «Известия» представляют книгу недели.
Наталья Соловьева
«Однажды ты узнаешь»
М.: «ЭКСМО», 2023 — 320 с.
Историческое пространство романа Натальи Соловьевой «Однажды ты узнаешь» охватывает несколько десятилетий жизни страны — от предвоенной зимы до наших дней. Многочисленные исторические коллизии долгой и насыщенной эпохи — точнее, нескольких эпох — даже профессиональным историкам было бы сложно уместить под одну обложку, не рискуя излишне упростить, не сказать важного. Между тем нарратив резкими мазками рисует время во всех подробностях, озвучивая его женскими голосами. Совмещение исторического и женского романов дает неожиданный эффект тонкого хитросплетения нитей бытия исторического и частного, индивидуальных судеб и глобальной истории страны. Автор то и дело ловко и незаметно меняет оптику, помогая читателю перенастроиться с глобальных полотен на маленькие детали частной жизни, где фасоны платьев не менее важны, чем развитие глобальных исторических процессов.
Наталья Соловьева
Эту необычную и эффектную женскую оптику Наталья Соловьева использует с ловкостью фокусника. В своей предыдущей книге «На берегу Тьмы» писательница также использовала этот прием, рассказывая об истории предреволюционной России сквозь призму необычной женской судьбы. В романе «Однажды ты узнаешь» в фокусе писательского внимания оказывается СССР военной и послевоенной эпохи — но способность семейной истории накрепко переплетаться с большими историческими событиями остается неизменной. И мы вновь с удивлением видим, как резонируют друг с другом события несопоставимого масштаба и невероятные трагические повороты событий в жизни героини удивительным образом оказываются отражением происходящих вокруг глобальных процессов: личные горести сплавляются с общими несчастьями, глобальные трагедии в спрессованном виде отражаются в бедах и потерях каждой семьи. Но потом приходит радость — одна на всех и все-таки у каждого своя.
Жанр исторической семейной саги был и остается популярным в литературе — от «Войны и мира» до «Саги о Форсайтах» и «Вечного зова». Но в традиционных произведениях подобного рода нарратив берет на себя мужской голос. Отдать главное слово женщине — замечательная авторская находка, придающая роману «Однажды ты узнаешь» глубокое эмоциональное и чувственное измерение, которое открывает путь сопереживания и сострадания героям — а значит, и нашим собственным предкам.
Казалось бы, «Однажды ты поймешь» обладает всеми атрибутами женского романа: читателя ждут захватывающие истории о любви, непонимании, прощении и искуплении в колоритных, с любовью выписанных исторических интерьерах. И всё же книга Натальи Соловьевой гораздо сложнее. Здесь нет характерных для традиционного женского романа черно-белых персонажей, типичных сюжетных ходов и однозначности финального хеппи-энда. Персонажи книги — неоднозначные, многомерные, и автор не пожалела красок для сложных, изменчивых характеров: герой оказывается злодеем, надежные предают доверие — и раскаиваются в предательстве, осознавая и искупая принесенные ими беды. Добро и зло здесь, как в жизни, не разделены четкой границей, они идут рука об руку, вечно оставаясь антитезой друг другу и столь же бесконечно сливаясь воедино.
Героини романа, принадлежащие к разным поколениям и перекликающиеся из разных эпох, растут и взрослеют на его страницах, теряя по пути наивную детскую однозначность восприятия мира, раз за разом открывая многослойность людей и мира, открывая стойкость и мужество под внешней холодностью, отстраненностью, слабостью. А за внешним блеском, напротив, зачастую прячется воплощенное зло — или трусливое аморфное бездушие, которое, впрочем, тоже достойно понимания и сочувствия. Каждой из героинь — и школьнице из трагического июня 1941-го, и молодой амбициозной карьеристке, дочери светящихся неоновой рекламой мегаполисов, предстоит открыть эту истину через взросление и страдание, приходя к спокойному и горькому выводу: «Не надо никого идеализировать. Люди есть люди».
Но и это еще не конец пути. Да, идеализировать людей нельзя — но и обвинять их во всех смертных грехах бессмысленно по той же причине. Мы — всего лишь люди, редко способные на возвышенное героическое самопожертвование, временами слабые, трусливые и малодушные. И всё же каждый заслуживает своего последнего шанса — чтобы понять это, героиням романа придется пройти через радости и беды, через счастливые встречи и горечь потерь, научившись смотреть в будущее без восторга, но с надеждой. Иными словами, стать взрослыми.
И всё же книга, написанная женщиной и о женщинах, озвучившая историю нашего мира и нашей страны от женского лица, не могла не быть построенной на чувствах. И, как полагается в женской прозе, любовь становится для героинь универсальным ответом на вызовы истории. И, как ни удивительно, этот странный и нестандартный ответ в конечном итоге подходит для всех вопросов как универсальный ключ к принятию мира.
Две совершенно разные героини — бабушка и внучка, жертва трагической военной эпохи и балованное дитя современных технологий, оказываются равно несчастны, потеряв себя в попытках утвердить собственную исключительность, покорить мир и заставить его прогнуться под собственные желания — будь то впечатляющая карьера, всеобщее поклонение или материальный достаток. Через горе, страдания и потери ищут они выход из тупика — и находят его именно там, где испокон веков обнаруживали его поколения предков и будут находить поколения потомков. Принять мир и себя в нем, найти в себе силы любить эту жизнь и тех, кто рядом, — и это чувство вернется к тебе сторицей. Нелюбовь отравляет жизнь семьи на поколения вперед — и решением может стать только любовь, отданная тому, кто рядом, кто беспомощен, кто нуждается в ней. И как только героини, каждая в свой черед, постигают эту нехитрую истину, — объект любви не замедлит явиться, и это чувство согреет и жизнь каждой из них.
«Выше любви к ближнему стоит любовь к дальнему и будущему», — этот тезис мизантропа Ницше оспаривает и опровергает в своей книге Наталья Соловьева. Радость и тепло в наш мир приносят не высокое чувство и высокий слог, а понимание и нежность к тем, кто рядом. И пока остается в сердцах любовь, Заратустра бессилен.