Содержание:
Московские театры в последний месяц года увлеклись классикой в диапазоне от ветхого Мольера до почти современного Вампилова. Впрочем, мало кто держался от желания подогнать знакомые тексты и сюжеты под злобу дня. Что из этого вышло, оценивал критик Влад Васюхин специально для «Известий».
«Старший сын»
МХТ им. Чехова
Вряд ли кто рассчитывал, что в пьесе Александра Вампилова можно отыскать новый ракурс. «Старшего сына» (1967) ставили уже столько раз — и как мелодраму, и как комедию положений, и как трагифарс, — что, казалось, все возможные концепции исчерпаны. История про молодого человека по фамилии Бусыгин (Кирилл Власов), случайно попавшего в незнакомый дом и — «Остапа несло!» — объявившего себя родственником незнакомых ему людей, кажется малоправдоподобной. Особенно если действие переносят в наше время.
Но режиссер из Санкт-Петербурга Андрей Калинин представил эту сентиментальную советскую сказку о добрых людях как сон главного героя. Старик Сарафанов (Александр Семчев), которого публика видит, уже собираясь в зале, засыпает перед телевизором. И всё дальнейшее действие — а внезапное обретение сына вполне можно сравнить с индийским кино — вполне могло ему пригрезится… Одно из достоинств спектакля — прекрасный актерский состав: Илья Козырев, Алексей Варущенко, Антон Лобан, Анна Затеева и другие.
«Шинель»
«Пространство Внутри»
43-летнего Антона Федорова всё чаще называют первым режиссером страны. И хотя работает он в основном на небольших площадках, критики и заядлые театралы стремятся попасть на каждый его новый спектакль. Нынешняя «Шинель», играемая в зале на 100 мест, тоже вызвала ажиотажный интерес.
Федоров не впервые берется за Гоголя — в театре «Около» он поставил фантасмагоричного «Ревизора», где все чиновники напоминали крыс и объяснялись междометьями. Вот и сейчас хрестоматийный сюжет переосмыслен автором спектакля (Федоров выступает еще и как драматург и художник) в его ставшей уже фирменной манере. У всех персонажей — нелепые костюмы, дерганая пластика, несвязная, сбивчивая речь, вздохи, каламбуры, повторы реплик. И если в повести Гоголя никчемный чиновник Башмачкин (Сергей Шайдаков), у которого украдут новую долгожданную шинель, низенького роста, то в этом сложносочиненном спектакле он поставлен на ходули. И это делает маленького человека еще более беспомощным и неуверенным в себе. После этой «Шинели» каждый зритель остро почувствует посыл, который так любит доносить режиссер: «Ты не один такой несчастный».
«Тартюф»
Театр Наций
Уже не в первый раз Евгений Писарев представляет комедию как драму и даже трагедию. До этого у него получилось в Театре им. А.С. Пушкина сделать несмешной «Зойкину квартиру» Булгакова и «Великую магию» Эдуардо де Филиппо, а сейчас — мольеровского «Тартюфа» в Театре Наций. Перед нами — трагедия положений. Разумеется, классический текст можно прочитать и таким образом. Тем более Сергеем Самойленко был сделан новый перевод, деликатно приблизивший историю, написанную в 1664 году, к современному зрителю. И персонажи по воле режиссера были перенесены в наши дни, в двухуровневую буржуазную квартиру (сценограф Зиновий Марголин).
Режиссер добавил Мольеру иронии, абсурда, подтекста и приращения смыслов, однако это не сделало в целом крепкий спектакль увлекательнее. Текст сопротивляется, а постановка вызывает вопросы и в трактовке образов (обманщик ли Тартюф и что, он реально влюблен в Эльмиру?), и в логичности происходящего: если есть гаджеты вроде мобильных телефонов и камер видеонаблюдения, зачем устраивать сцену с разоблачением Тартюфа (Сергей Волков), где Оргон (Игорь Гордин) по приказу своей верной жены (Анна Чиповская) нелепо прячется под стол? И это далеко не единственная нестыковка. Но спектакль с таким участием звезд (кроме перечисленных, в нем играют Денис Суханов, Ольга Науменко / Ирина Купченко, Александр Сирин, Анастасия Лебедева) всё равно обречен на успех.
«Моцарт»
«Театр Москвы»
Поставивший этот биографический спектакль худрук независимого «Театра Москвы» Иван Титов сам написал сценическую композицию, где довольно свободно и даже иронично обошелся с историческими фактами. К примеру, персонажи цитируют строчки Николая Некрасова, который родился через 30 лет после смерти Моцарта. Постановщик обходится без музыки главного героя, лейтмотивом зрелища становится «Русский вальс» Шостаковича. И хотя играющий Амадея Дмитрий Подадаев примерит в начале белый парик, даже малейшего стремления к портретному сходству нет: Моцарт в спектакле лысый. И он вовсе не «гуляка праздный» и не гламурный красавчик с обертки известных конфет. Но тем не менее вполне убедительный.
Девять дней, выдернутых из 35-летней жизни великого австрийского композитора, представят нам Моцарта, и юного, и зрелого, с необычного ракурса: во главе угла — его сложные отношения с отцом. Леопольд Моцарт (Вячеслав Тимербулатов) был настолько почитаем сыном, что в детстве Вольфганг повторял: «После Бога только папа». Наряду с профессионалами в этом населенном спектакле заняты юные артисты, и они играют замечательно.
«Дни Турбиных»
Театр «МОСТ»
Театр «МОСТ» расположен в двух шагах от квартиры, где жил Булгаков, а потому мысль о том, как отреагировал бы драматург на эту премьеру, невольно напрашивается сама собой. Смею думать, ему бы понравилось, поскольку режиссер Георгий Долмазян сделал в камерном пространстве редкую по нынешним временам постановку — «как у автора», со вкусом и мерой, без осовременивания и тому подобных радикальных экспериментов.
История о крушении тихой гавани — дома семьи Турбиных, разворачивается на небольшом деревянном помосте, слева и справа от которого несколько зрительских рядов. Тема семьи для постановщика — главная, хотя и столкновение белых и красных, события Гражданской войны и атмосфера оккупированного немцами Киева времен 1918 года, естественно, нашли отражение. Пьесу «Дни Турбиных», ставшую знаковой для советского театра (Сталин смотрел ее во МХАТе аж 17 раз!) и не потерявшую актуальности, сегодня ставят нечасто, и премьера в МОСТе — возможность увидеть это легендарное сочинение.