Фильм Пабло Ларраина «Граф» вышел на Netflix после 80-го Венецианского кинофестиваля. Это мистический байопик об Аугусто Пиночете — чилийском диктаторе, который при этом был эффективным менеджером после неумелых экономических реформ Сальвадора Альенде. В картине Ларраина он предстает 250-летним вампиром, уставшим от долгой жизни и ностальгирующим по своему правлению. «Известия» пересмотрели фильм и рассказывают, как сценарий превращал реальные исторические события в элементы вампирской истории. Внимание, спойлеры!
Сказка ложь, да в ней намек
Ларраин уже снимал байопики — например, «Джеки» с Натали Портман о Джеки Кеннеди и «Спенсер» про принцессу Диану. Также Ларраин выпустил фильм о поэте Пабло Неруде, а в 2024 году выйдет его байопик про Марию Каллас. Но чилийская военная диктатура — личная для Пабло Ларраина история. Он родился в семье политиков и многое видел изнутри. Про военный переворот 1973 года в Чили Ларраин уже снимал — в 2010 году вышел его фильм «Вскрытие». Пиночет был во главе военной хунты, которая пришла к власти в результате этого переворота, так что можно считать, что с помощью новой картины режиссер продолжает закрывать национальные боли. Он не принимает ничью сторону. Напротив — отражает реальную разнородность мнений о Пиночете среди чилийцев.
— Отношение к Пиночету полярное в обществе. Нет единой оценки деятельности и личности. В начале 2000-х годов даже правые партии старались от самой фигуры Пиночета как-то немножко отойти. А вот сейчас в Чили растет осторожная поддержка Пиночета. По данным последних опросов, примерно 47% чилийцев считают, что Пиночет делал как плохие вещи, так и полезные. А 10 лет назад и тем более 20 лет назад эти цифры были гораздо меньше, — рассказала «Известиям» ведущий научный сотрудник Института Латинской Америки РАН Людмила Дьякова.
Ряд экспертов отмечают пиночетовское «экономическое чудо» — после неудавшихся социалистических реформ Альенде страна пребывала на грани нищеты. По оценкам экспертов Гуверовского университета, первой страной в мире, которая сделала «решительный разрыв от социализма и крайнего государственного капитализма к ориентированной на рынок политике и государственным структурам», было пиночетовское Чили в 1975 году. При этом Сальвадор Альенде в глазах чилийцев навсегда останется мучеником — ведь он «не стал убегать из страны, хотя Пиночет ему предлагал это сделать и даже был готов организовать самолет», отмечает Людмила Дьякова.
Некоторые элементы картины покажутся зрителю сюром — например, то, что в кругу семьи Пиночет требовал называть себя «графом» или наличие у него странноватого, но верного русского слуги. Но согласно архивам, диктатор действительно откликался на «графа» — это не попытка режиссера создать аллюзию на Дракулу, а реальный факт. Вместо экранного «отпрыска русских иммигрантов» Федора Краснова, дворецкого у Пиноша, в реальности у Пиночета и правда был помощник Мигель Краснов, который сегодня сидит в чилийской тюрьме за преступления режима.
А вот экранные похороны — совсем не такие, как были в реальности. Реальный Пиночет умер 10 декабря 2006 года в госпитале Сантьяго, спустя 16 лет после того, как ушел с поста президента страны (а правил он, кстати, ровно столько же). В фильме зрителю показывают открытый гроб с застекленным участком над лицом «покойного». Люди, пришедшие на похороны, плюют на него — видимо, для этого стекло на гроб и установили. На самом деле тело Пиночета кремировали, а государственных похорон и траура не было — диктатору лишь оказали военные почести, и на этом всё. Конспирологических теорий о том, что на самом деле Пиночет инсценировал свою смерть, как в разное время рассуждали о Майкле Джексоне или Адольфе Гитлере, тоже нет, подчеркивает Людмила Дьякова.
Вампирский экзистенциальный кризис
В «Графе» Пиночет предстает уставшим стариком, прожившим 250 лет. По сюжету, когда-то он был молодым французским вампиром Клодом Пиношем, жившим при Людовике XIV. Кажется, режиссеру был нужен ход в оправдание жестокости героя — и он избрал им французскую революцию. Увидев, как свергается власть «короля-солнца», юный вампир решает «использовать свои силы, чтобы бороться со всеми революциями как вечный подданный своего обезглавленного короля». Обозленный Клод меняет имя на Аугусто в Чили и становится «королем», чтобы лить кровь рабочих, а не элиты.
Пиночет-вампир как будто бы сожалеет о преступлениях, которые совершал, но не от всего сердца. Складывается ощущение, что он и сам не может дать себе конкретную оценку — прямо как чилийский народ. Прожив четверть тысячелетия, он уже не уверен, был ли прав в своих решениях, а еще сильно обижается на нелюбовь чилийцев. Он верит, что в Чили его ненавидят, а потому и жить в нем нет смысла (как и нет смысла жить вообще), хотя его дети пытаются убедить экс-диктатора в обратном: «Нет, папа, они просто неблагодарные».
Пиночет находится на разломе экзистенциального кризиса, отчаянно желая умереть, но его не хотят отпускать ни жена, ни дети — сначала они должны выяснить, где же лежит наследство. Сам же диктатор считает себя повинным только в воровстве, и то не слишком. В реальности Пиночет был и правда вовлечен в финансовый скандал. По словам Людмилы Дьяковой, Пиночету помимо обвинений в нарушении прав человека предъявили и обвинение в коррупции. Однако он так и не был осужден — умер.
— Я не хочу жить еще 250 лет, господи боже. Меня все считали вором. Солдата можно назвать убийцей или еще как, но не вором. Я убил сотни красных, сотни. А они обвиняют меня в воровстве. Они унизили меня, — рассуждает экранный Пиночет. При этом он всё равно признает, что «совершал финансовые ошибки» и продолжает «чахнуть над златом», не желая оставлять ничего жене или детям.
Метафорический Аугусто
Исторические события вплетены в фильм наравне с огромным количеством метафор на тему преступности власти, но не все они лежат на поверхности. Например, в фильме есть еще одна героиня — молодая монахиня Кармен. Она приходит в дом Пиночета, чтобы провести обряд экзорцизма. Здесь нужно отметить, что Чили — очень религиозная страна, где католицизм исповедует около 90% населения. В контексте фильма саму фигуру Пиночета можно трактовать как демона, поразившего чилийский народ. Изгнать его нельзя, как и нельзя стереть нелицеприятные страницы истории.
Кармен также пытается отыскать спрятанные богатства, которые хотят унаследовать пятеро детей и жена Пиночета. Диктатор чахнет над своим златом и разрешает Федору овладеть собственной женой взамен на то, что помощник сохранит секрет о средствах Пиночета. Здесь роль Кармен — тоже олицетворение Чили, желающего вернуть то, что ему причитается. Примечательно, что коррумпированная семья экс-диктатора, даже вынужденная прятаться в захолустье, считает, что Кармен, напротив, сама пришла обворовать семью диктатора. В целом коррупции Ларраин уделил много внимания — и репликами, и образами героев. Жена Пиночета весь фильм наряжается в бриллианты и шубу (как и сам «граф»). На фоне деревни и бедных домиков, куда отправилась вся семья, это выглядит нелепо и по-смешному буржуазно.
— «Граф» — это не тонкий фильм. Каждая деталь, в том числе дата его выхода — 50-летний юбилей с момента, когда Пиночет стал президентом Чили — это подтекст и сатира. Каждая сцена существует для того, чтобы передать зрителю сообщение, — пишет критик The Film Magazine Марта Лэйн.
Идея о том, что диктатор — это правитель, который в буквальном смысле «ест сердца людей», не нова и раскрывается в первые же минуты фильма. Голос за кадром рассказывает: вампир Пиночет пробовал кровь трудящихся и не рекомендует ее пить, ведь она «едкая, с собачьим душком», это «плебейский букет, что неделями оседает на губах и небе».
Поставленная речь и британский акцент голоса за кадром кажутся странным решением в фильме, снятом на испанском языке, но затем всё встает на свои места. Обладательницей голоса оказывается Маргарет Тэтчер — тоже вампирша, и, неожиданно, мать Пиночета. Выбор ее как второго политического лидера очевиден на контрасте с ним: она, напротив, выступала за рабочих, а не за элиту, при этом тоже оставаясь противоречивой и неоднозначной фигурой в истории Великобритании.
— Они оба — сторонники неолиберального подхода к экономике. Он вызывает критику очень у многих, особенно у творческих людей, потому что это жесткий, рыночный подход. Он ориентирован на то, что конкурентоспособные отрасли экономики должны тянуть вперед всё остальное, и на них делается ставка. Тэтчер достаточно жестко проводила свои реформы, закрывала угольные шахты, — пояснила Людмила Дьякова.
Полный очевидных и не очень отсылок, а также смеси исторических фактов и мистики, фильм «Граф» на самом деле сложно назвать байопиком в полной мере. Это экспериментальный взгляд чилийского режиссера на одну из самых темных страниц истории своей страны. Старая как мир идея о преступности власти обрамлена в нечто очень личное, национальное и религиозное, что делает фильм как минимум необычным. Открытый финал оставляет зрителя в раздумьях на тему неизменности человечества и его пороков.